Мусорная унификация страны

 Рычаги оперативного  смотрителя  российских отходов

Предлагаю поговорить о том, как мусор в регионах начинает обретать статус федерального значения.

Как  сообщалось в прессе,  Владимир Путин подписал указ о создании публично-правовой компании — единого мусорного оператора с обширными регуляторными и финансово-экономическими полномочиями.  Эта  госкомпания с функциями министерства, наряду со многими другими полномочиями,   будет   готовить проекты законов, распоряжаться бюджетными деньгами, строить объекты инфраструктуры и оказывать услуги в области управления отходами. При этом, как подчеркивает газета Коммерсантъ,  госмонополист сможет входить в капитал компаний отрасли — вплоть до стопроцентного участия. Если учесть, что в этом деле неформальных, подпольных монополистов на региональном уровне и так хватало,  очевидно, что  в России начался очередной передел отрасли управления отходами, но уже на другом уровне,  в пользу федеральной монополии.

Давайте попробуем разобраться, насколько эта мера является назревшей,  насколько эффективными  видятся  эти монопольные полномочия.

Реализуется  этот централизации сбора мусора, как  уже отмечалось,    созданием  публично-правовой компании (ППК) по формированию комплексной системы обращения с твердыми коммунальными отходами «Российский экологический оператор». Функции и полномочия учредителя закрепляются за Минприроды, головной офис компании будет находиться в Москве.

Сложно пока уяснить логику необходимости такими  административными мерами жестко и кардинально  централизовать сбор мусора с тем, чтобы достичь формирования комплексной системы обращения с ним. Добываться ведь  этого можно и постепенно с помощью более экономического характера мер, тем более что на начальном этапе многое по улучшению сбора, утилизации и переработки мусора можно осуществить  и на местах своими силами  при запуске уже имеющихся, заложенных в законодательство  инструментов и привлечении  необходимых средств. Кстати, помимо закладываемых в бюджет средств на эти цели, по оценкам экспертов, к примеру,  в Дагестане можно привлечь сотни миллионов рублей от учреждений и предприятий в качестве обязательных отчислений за вред, наносимый  своей деятельностью окружающей среде. Но почему-то этот  обязательный сбор у нас не доходит и до десятков миллионов.

Что же конкретно будет осуществлять  единый  госоператор  из того, что невозможно сделать или делается плохо на местах силами муниципалитетов и профильного регионального министерства?

Госоператор, как подробно приводится в прессе,  сможет участвовать в разработке и реализации госпрограмм и проектов в сфере отходов, соглашений между субъектами РФ по их транспортировке, разрабатывать программы господдержки инвестпроектов и привлекать инвесторов. Разве  координация всех  этих вопросов  не входят в обязанности федерального профильного министерства, есть ли необходимость для этого создавать новое министерство с функциями оператора, который  за минусом координаторских  действий,  по сути, дублирует функциональные обязанности  местных муниципалитетов и региональных властей?

Кроме того, «Российский экологический оператор» будет проводить экспертизу территориальных схем и их реализации в субъектах РФ, осуществлять образовательную деятельность, а также стимулировать увеличение количества вторичных ресурсов и снижение объемов отходов, отправляемых на захоронение.  В этом уже явно проявляется полное недоверие органам региональной власти.  Вполне, конечно,  можно допустить координацию на федеральном уровне  проведения экспертиз территориальных схем, но как оценить то,  что  местная власть  при наличии  средств  не способна   разобраться  с мусором даже на уровне, сколько закапывать, а сколько направлять на вторичную обработку, не возникает ли при этом необходимость вообще пересмотреть функции местной власти и   ввести  жесткое  и централизованное  управление по всем направлениям  во всех субъектах.

Вот тогда  будет какая-то логика в том, что  наряду с другими министерствами  эта   министерствующая  Госкомпания   делала  бы в регионах все, что им пропишут сверху в инструкциях и законах. К примеру,  ныне ей  прописано, что  может  выступать участником концессионных соглашений и государственно-частного партнерства (ГЧП),  может выкупать земельные участки для предприятий, приобретать и владеть имуществом и оборудованием для деятельности в области обращения с отходами.  Ну и, конечно, главное  —  оператор этот   может без ограничений приобретать доли в уставных капиталах организаций отрасли и проектных компаний, которые занимаются строительством предприятий. Вот  по этой логике упрощения управления  и надо идти при таком раскладе, необходимо предоставить  всем федеральным министерствам такие же возможности оперативного вмешательства   в дела регионов, чтобы  осуществлять руководство  напрямую,  сокращая число региональных  посредников и  расходуя  федеральные средства  инвестиционно, а не дотационно.   По такому пути, согласитесь, мы очень быстро обретем желанную властью и народом унификацию и власти,  и граждан, и, соответственно —  государства в целом.

Кстати, в этом плане символично, что в  наблюдательный совет компании войдут первый вице-премьер Антон Силуанов и главы Минприроды Дмитрий Кобылкин, Минстроя Владимир Якушев и Минпромторга Денис Мантуров. Вот и присмотрятся к тому,  насколько эффективно работает такое прямое управление.

Что же думают обо всем этом эксперты и даже сами чиновники?

Монопольный оператор вместо  регулятивного координатора

Коммерсантъ  приводит мнение Альбины  Дударевой  из Общественной палаты (ОП), которая называет себя автором идеи создания ППК и разработки указа.  Она считает, что «необходимость в создании федерального оператора вызвана отсутствием регулирования отрасли обращения с отходами».    Судя по тому,  насколько успешно мы боремся с мусором, сложно с этим не согласиться.    Но, судя по  мнению автора о реализации  идеи, выходит,  предлагали шапку сменить – снесли голову.  По  версии ОП оператор должен был заниматься только регулированием и координацией и ни в коем случае не входить в капитал компаний или распределять бюджетные деньги.

Более того,  Дударева убеждена, что глава компании должен выбираться   на открытых выборах. Она  еще отметила: «если туда придут люди, которые мусора не нюхали, ничего дельного не будет». И  в качестве примера Дударева  привела  Воронеж, где, на ее взгляд,  ничего нет — ни новых объектов по управлению отходами, ни позитивного опыта. Это, видимо, к тому, что, по сведениям из СМИ, с высокой вероятностью оператора возглавит воронежский бизнесмен Вадим Ишутин — один из ближайших соратников профильного заместителя главы Минприроды Владимира Логинова, которого, в свою очередь, считают  доверенным лицом вице-премьера Алексея Гордеева. При таком раскладе становятся понятными опасения  той же Дударевой, которая предупреждает:  «Я за доверие, но нужны и компетенции».

Неконкурентный квазирегулятор

Согласитесь, в  том, как развивается эта  мусорная тема,   куда ни крути,  все   упирается в доверие и компетенцию.  Если федералы не верят в компетенцию региональных властей и потому не доверяют им работу  с  мусором, то  поможет ли решить проблему такой простой способ административной  переадресации  доверия. Тем более  что   речь идет о   доверии  к такой   искусственно образованной структуре,  к руководству которой идут люди,  далекие  не только от местонахождения мусора, но и от работы  с самим мусором.

Источник «Ъ» из Минэкономики не верить, что  излюбленным способом чиновников – созданием новой структуры можно решить эту проблему, нет у него веры  в то, что  такой  квазирегулятор сможет все координировать, не говоря уже о непосредственном оперативном  вмешательстве   в сбор, сортировку и переработку  отходов. Любовь Меланевская из промышленной ассоциации «РусПЭК» тоже  не видит необходимости в создании ППК и надеется, что ее появление не повлияет на приоритет самостоятельного управления отходами бизнесом. Источник  “Ъ” в РСПП убежден, что вся логика мусорной реформы предполагает не создание рынка и развитие частного бизнеса, а появление госмонополиста, которому в итоге и достанутся все дивиденды. «Уже сейчас частные представители отрасли в регионах говорят — если бы не появились региональные операторы, тарифы были бы ниже на 20–30%. Теперь тарифы будут расти еще сильнее — нужно будет кормить федерального монополиста»,— убежден он.

Собрать  отовсюду, чтоб раздать повсюду

Но Путин  уже дал указание  создать всероссийского оператора по утилизации мусора,  и скоро мы, хотим того или нет,  будем иметь дело с мусорным гигантом. Поэтому стоит, видимо, оценить масштаб финансирования работы этого намечающегося  утилизационного монстра. Тем более что сегодня во весь голос заявляется, что государство уже сделало все,  чтобы добиться кардинального качественного изменения в системе обращения с отходами.  То есть, широкомасштабная  реформа сбора бытового мусора  практически стартовала.

Естественно, все преобразования  направлены на снижение нагрузки на окружающую среду, но, судя по акцентам в прессе, сейчас   главное – это то, что они (преобразования)  должны  привести к появлению нового рынка работы с отходами, ключевыми игроками которого называются  региональные операторы полного цикла мусоропереработки.

Министр природных ресурсов и экологии Дмитрий Кобылкин подчеркивает, что через главного российского экологического оператора в новую отрасль экономики пойдут инвестиции, будут применяться самые разные модели для поддержания региональных проектов. В том числе по такой же схеме будут осуществляться  и экологические сборы, чтоб затем распределить регионам   на, как вы уже догадались,  реализацию проектов по переработке и утилизации мусора. То есть,  вот такое будет оригинальное финансирование – сугубо централизованно – распределительное.

Судя по словам министра Кобылкина, планы грандиозные —  до 2024 года в России должно быть построено 200 современных мусороперерабатывающих комплексов, из них 39 уже в этом году и примерно по 40 сортировочно-перерабатывающих комплексов планируется вводить в строй ежегодно. При этом министр уточнил, что инвестиции в строительство мусороперерабатывающих заводов в России могут достичь 75 миллиардов рублей. Из них 15 миллиардов министерство рассчитывает получить до 2024 года в виде экосбора. Еще 50-60 миллиардов — в строительство мусороперерабатывающих заводов вложит государство. И здесь важно отметить, что по расчетам министра на каждый госрубль  ожидается 2–3 рубля вложений бизнеса. А также министр  указал на  то, что из бюджета средства  планируют выделять  под конкретные проекты в виде ценных бумаг или прямых инвестиций регионам.

Столько  заводов только  за счет отходов

Очень хочется верить в эти плановые намерения, но когда  оцениваешь их  со стороны этих самых отходов,  слова министра для меня   невольно превращаются в благие намерения. Судите сами,  по данным из прессы,  ежегодно в России производится около 70 млн т  твердых коммунальных отходов, из них на переработку идет только 5 млн т мусора, план на 2024 год — 42 млн т.  Это даже гораздо более нереальный прорыв, чем обеспечение каждого квартирой. Если же учесть, что,    утилизацию отходов Минпромторгом  намечается  с 4%  ныне увеличить  до 36, то есть,  с   еще большим темпом роста за шесть лет  с 2,1 млн т  довести до  25 млн т, то  очевидно, что планы надо переориентировать, к примеру,  на вывоз мусора из страны, как это мы делаем с нефтью, газом и другим природным сырьем.  То есть, реально не мусорные заводы в таком количестве построить, а путем продажи мусора за рубеж соорудить их  постепенно в потребном количестве.

В этой связи примечательно, что   ныне  в Архангельской области строится мусорный полигон «Шиес», куда, по данным РБК,  планируется  свозить по 500 тыс. т мусора из Москвы ежегодно.  Известно также, что в дальнейшем эти отходы могут быть экспортированы в Швецию и другие европейские страны.      Вот при таком раскладе, какие-то существенные сдвиги в работе с мусором вполне возможны.  Иначе в это совсем не верится. За год построить 40 мусороперерабатывающих завода – это  для нас фантастика на уровне полета в космос корабля, созданного силами авиастроителей  Гондураса или какой-нибудь Новой Гвинеи. И при этом упор здесь не на технологии, а на том, что тому же Гондурасу космос настолько же по уровню общественного сознания  востребован, как для нас мусороперерабатывающие заводы.

Патриотичные прогнозы
И еще, когда рассматриваешь подобные амбициозные планы и прогнозы от чиновников, такое впечатление, что они их пишут  в некоем страстном патриотическом порыве, даже такое ощущение, что делается это с предубеждением, будто находятся в это время   под наблюдением ненавистного Госдепа. Иначе, к примеру, как объяснить прогноз Минприроды, что с 2019 года   платеж за вывоз мусора вырастет не более чем на 5%, а в последующие годы рост должен быть на уровне инфляции, когда как в регионах, судя по представленным тарифам, ожидается рост оплаты в разы.

Кстати, примечательно и то, что губернаторы многих  областей уже заявляют о наметившемся мусорном калапсе. Особенно эмоционально высказался в прессе Тверской губернатор Игорь Руденя,  в резкой форме обозначив  вину федеральной власти в провале «мусорной реформы» и завалах отходов во дворах российских городов.  По его мнению, «ни один регион в России не готов к мусорной реформе», потому что  «нет мощностей, нет инвесторов, нет полигонов». «Проводить реформу в этих условиях — преступление», – убежден губернатор.

 Баком  выходящий мусорный коллапс

Затем он  громко и открыто подчеркнул, что сутью   реформы является передел  рынка в интересах крупных олигархов, таких, как Роттенберг и Чайка, и в качестве иллюстрации того, к чему это ведет,  привел известные ему  по своим служебным каналам примеры того, как не справляются со своими функциями региональные операторы, как реформа выходит им, что называется,  баком, как во многих городах от  Калининграда и до Владивостока,  тупо не вывозя контейнеры,  допускается  мусорное  запустение.

По информации от  губернатора  Руденя, в самой  Тверской области мусор вывозят через раз, из дворов исчезли контейнеры, в Туле компания Игоря Чайки «Хартия» за короткий срок наплодила помойки по всему городу, в  Калининграде чиновники обеспокоены тем, что  контейнеры либо переполнены с верхом и окружены мусорными кучами, либо вовсе куда-то исчезли с площадок, а также мусоропроводы во многих домах забиты до верхних этажей.

На  противоположном по карте  Владивостоке мусор вовсе не вывозят, поэтому улицы, как в средние века,  переполнены  кучами отходов,  и их, в лучшем случае,  просто жгут.

Идут волны возмущения из Краснодара, тарифы подняли,  а мусор при этом убирать перестали, журналисты даже составили карту расположения  по городу свалок отходов, есть опасность  распространения грызунов, насекомых и инфекций. В Костроме жители уже сами готовы вывозить мусор, так как ситуация становится невыносимой — местами во дворах завалены даже проезды для машин. Орел  также обрастает помойками, сверху припорошенными снегом

Отмечаются также  примеры незаключения   регоператорами договоров  с мусороперерабатывающими заводами, нераздельного  вывоза мусора  в Московской области, сбои и такого вывоза в Подмосковье, здесь  даже  идет большой  перечень городов, где мусор тупо  не вывозится и регоператор винит кого угодно, только ни себя.

Еще надо отметить,  что, судя по информации в интернете, такое впечатление, что  «мусорный коллапс» повсюду, его  постигли  множество городов от  Петербурга,  Сызрани, Твери, Самары, Волгограда  до  Мурманска, Челябинска и   Магадана. И список этот называют далеко не полным. А также показательно, что  на Youtube  со многими  видео с горящими мусорками отчетливо виден пылающий результат  нынешней «мусорной реформы».

И если теперь вернутся к «Российскому экологическому оператору», который задуман      как  проводник между государством и бизнесом, то реалии  нас, думаю, все-таки невольно подвели к тому, что  на фоне разговоров   о  возникновении в итоге такого партнерства  фактически  идет активное административное  образование в стране мусорного монополиста. И, как и любая монополия, подобная компания не может не вызывать определенную настороженность, считает руководитель направления по взаимодействию с органами власти ассоциации «РазДельный Сбор» Анна Гаркуша. И вот как она выражает свою настороженность: «Мы считаем, что у нас уже и так все плохо с реформой, просто потому, что у нас уже есть монополист в виде региональных операторов. И дополнительно, конечно, такая компания, я не знаю, что может хорошего сделать. Понятно, что любая конкуренция ведет к тому, что людям становится получать услугу лучше. В связи с тем, что у нас нет этой конкуренции из-за региональных операторов, тот, кто будет надзирать за региональными операторами, он же должен будет тоже как-то зарабатывать на этом. Но поскольку те маленькие операторы — это уже зло, то я, честно сказать, боюсь, что вот эта публично-правовая компания тоже не сильно будет полезна, хотя мы всегда надеемся на лучшее. Достаточно было, наверное, сделать в Минприроды отдельный департамент, который бы руководил работой, набрал бы или обучил экспертов. Отходы — это такая история, которая затрагивает много областей: и ЖКХ, и экономику, и экологию, и социальный момент. Поэтому специалисты должны коммуницировать между собой каждое решение, которое принимается, пропускать через призму всех этих граней. Решения не согласованы, документы противоречивые. Сейчас лучшее, что может сделать эта публично-правовая компания, — все проанализировать и внести предложения  по реформированию».

Начать с раздельного сброса отходов

Теперь необходимо коснуться того, что делается в этом реформенном плане у нас в Дагестане.  Это особенно актуально на  фоне все-таки возможного такого экспертно-исследовательского исхода деятельности  этой компании, хотя пока и нацеленной на активную  работу по реализации   мусорной реформы.  А надежда на сворачивание  этого безумного начинания все-таки теплится, ведь один-то адекватный человек, по мнению десятков миллионов граждан,  наверху все же имеется.

В Дагестане планы не менее значительные, чем по стране. По информации в СМИ, намечается построить 8 мусоросортировочных комплексов. И даже утверждается, что уже в этом году такие комплексы будут построены в Махачкале, Каспийске, Дербенте и Хасавюрте. Помимо этого, как отметил в прессе представитель   республиканского Министерства природных ресурсов и экологии, «планируется эксплуатация 4 полигонов». А также, если из федерального бюджета упадут  деньги, власти  намерены построить и завод по переработке.

Мне сложно оценить оптимизм чиновников, которые признают, что до сир пор на протяжении десятков лет сумели заиметь лишь один полигон,   куда  по закону имеют право размещать мусор, и тут же  в этой же заметке уверенно обещают чуть ли не революцию совершить в этой сфере за несколько лет. Единственное чем можно оправдать такое  при скудных возможностях плановое  сумасшествие – это тем, что открылся реальный путь перенести ответственность на вдруг свалившегося по указу сверху оператора-монополиста в этой сфере.

Учитывая, что монополист  может и не вынести  всей возложенной на него ответственности и что,                                          возможно,  мусорную ношу придется  нам тащить самим,  привожу  дагестанцам один из назидательных  постов в фейсбуке нашего земляка, доктора из Москвы  Абдурашида Саидова.   Но прежде все-таки напомню, что  в социальных сетях  обычно все говорится наспех и, как правило,  о том,  в важности чего говорящий  убежден.  Абдурашид   Саидов:   «Никакие деньги и указы не помогут, если не будет реализован жесткий маршрут с определением ответственных. Это 1 сбор 2 транспортировка и локализация у перерабатывающих заводов 3 утилизация (полное уничтожение).  При этом строжайший спрос с каждого ответственного за каждый этап маршрута. У нас проблема с утилизацией. При запуске пунктов (заводов) по утилизации появится материальный стимул концентрации и приему мусора».

Думаю, эти слова нашего земляка можно адресовать населению всей страны. А чиновникам нашей республики вместе с замахом на строительство мусоросортировочных заводов, а пока их нет, вместо этого стоило бы сосредоточиться на организации раздельного сброса населением мусора.  Не будет, видимо,  преувеличением, что при ответственном подходе и чиновников, и рядовых  граждан даже к этому этапу сбора мусора   вероятность подобных монопольных  предложений от власти  стремилась бы  к нулю.

Магомедов Шарапудин