Двойное дно озера Ак-Гёль

Махачкалинское озеро Ак-Гёль за время своего существования стало не только достопримечательностью города, но и одним из локальных символов государственного бардака, а то и беспредела. Некогда окруженный камышами, промышленными объектами  Ак-Гёль теперь не только всё больше окружен объектами капитального строения, но и изменился в размерах. Однако такая щедрость за счёт озера существует для одних, а есть хищный оскал закона для других.

С обратной стороной реалий вокруг озера столкнулся один из городских предпринимателей Умуд Шубуев. Анализируя документы, приходишь к выводам, что тут имеет место какое-то, мягко говоря, однобокое применение своих полномочий государственными органами, институтами и судебной системой, которые как-то странно трактуют закон.

Так, давайте обо всем по-порядку. Участок в 200 кв. м. был приобретён ранее отцом Умуда ныне покойным Адилом Шубуевым ещё в 2010-м году. Право на строительство он получил в 2015-м, да и то – по решению суда, который обязал городскую администрации Махачкалы, перестать «тянуть резину» и искать подводные камни для отказа, а выдать разрешение на строительство. Пять лет у семьи Шубуевых ушло на то, чтобы собрать все необходимые разрешения, геологические отчёты, экспертизы и техусловия для строительства своего коммерческого объекта и его проектировку.

Проблемы после полученного права на строительство не закончились, а, как оказалось, только стали возникать. Уже в 2016-м году с интересным иском в суд обратилось территориальное управление Росимущества по РД, утверждая, что якобы объект Шубуевых накладывается на 20-метровую береговую линию (границу) озера.

А интересен этот иск потому, как, во-первых, он подан не в опротестование решения суда от 2015 года, который определил законность строительства объекта. Более того, это решение суда и по сей день имеет законную силу, так как, как минимум, прошли все исковые сроки. Во вторых же, в ходе судебного разбирательства уже в Верховном суде РД, который по непонятным причинам несостоятельный иск Росимущества вообще принял на рассмотрение, открылись и другие любопытные детали из жизни озера Ак-Гёль. Выяснилось, что официально зафиксированной водной границы (береговой линии) у озера просто нет. Что было подтверждено ответами на запросы суда Кадастровой палатой, Западно-каспийским бассейновым водным управлением, Минприроды РД, двумя экспертными организациями, в том числе и независимой судебной экспертизой.

В этой связи также возникает резонный вопрос, каким образом (на глаз?) истец при составлении иска определил, что строящийся объект налагается на 20-метровую береговую линию, когда береговая линия не определена?

Однако суд и истец в ходе каждого заседания, их было аж 8, пытались найти хоть какую-то зацепку для того, чтобы потопить правоту и законность стороны ответчика. То  пытались приобщить к делу некие черно-белые картинки, утверждая, что это снимки американской Гугл, который, якобы, является законом для российского правосудия, то предлагали считать береговой линией декоративное ограждение. Давайте, считать от балясины! – звучало в зале суда. Слава богу, сторона ответчика сумела опротестовать абсурдные ходатайства. Однако сам факт появления таких требований со стороны истца и суда невольно могут навести на мысль о компетентности тех, кто это все озвучивал…

Как рассказал РИА «Дербент» сам Умуд Шубуев и подтвердили свидетели, присутствовавшие на суде (есть и аудиозаписи судебных заседаний), не только истец, представитель Росимущества, но и судья Верховного суда, докладчик на процессе, Зарифа Бейтуллаева в своих вопросах к эксперту чуть ли не требовали от эксперта самолично определить озеру границы. Эксперт, преодолевая оказываемое моральное давление на себя с их стороны, отвечал, что есть Водный кодекс, есть Правила определения этих самых границ водного объекта, есть законом определенные государственные органы, в чьи компетенции это входит… Но суд под председательством судьи Анжелы Биремовой все же потребовал от эксперта, измерить расстояние от воды до объекта и признать это расстоянием от береговой линии озера. На что эксперт, что удивительно, назначенный самим же судом, указал на то, что подобное измерение расстояния от объекта до воды, не является основанием для утверждения факта определения расстояния до границы водного объекта.

Эксперт заметил, что в пункте 10 «Правил определения местоположения береговой линии (границы водного объекта), случаев и периодичности ее определения», утвержденных Постановлением Правительства РФ от 29.04.2016 N 377, прописано: береговая линия (граница водного объекта) озера и обводненного карьера определяется по среднемноголетнему уровню вод в период, когда они не покрыты льдом, с учетом морфологических особенностей водного объекта. Однако в материалах дела имеется ответ уполномоченного органа за проведение мониторинга среднемноголетнего уровня вод, РОСГИДРОМЕТ от 11 декабря 2018 г. №82, в котором говорится, что на озере Ак-Гёль никаких постов для проведения мониторинга уровня воды нет, с учетом морфологических особенностей водного объекта в отношении озера Ак-Гёль в г.Махачкале не замеряется.

Таким образом, то, что от объекта на момент экспертного замера (08.04.2019) до ближайшей точки воды оказалось 16 метров 26 см., по замечанию эксперта, не является юридическим основанием на суде. «Грубо говоря, если завтра будет дождь, уровень воды поднимется, будете утверждать, что граница водного объекта у него в подвале?» – пытался пробудить эксперт логику в высказываниях участников процесса.

Что же касается оказавшихся в день замера 16 метров от объекта до ближайшей точки воды, то и тут это не основание для принятия решения против Шубуевых. Российское законодательство допускает строительство и другие работы при условии их оборудования сооружениями, обеспечивающими охрану от загрязнения, засорения и истощения вод. Проект Шубуевых предусматривает и это. Однако ни суд, ни истец, не стали учитывать контрдоводы предпринимателя.

Тот же Генплан Махачкалы, принятый в 2016 году и имеющийся в материалах дела, также был рассмотрен избирательно. К примеру, в Генплане на территорию нахождения земельного участка Шубуевых наложили зеленую зону. Суд и истец приняли во внимание только это, но не обратили внимания на то, что сам Генплан был принят уже через 6 лет после приобретения участка, который не входил в эту зону. Росимущество и суд также не учли то, что вошедший в генплан 2016-го года как парковая территория, в зоне озелененных территорий общего пользования (Р-2), которым определён участок Шубуева, допускается строительство зданий и сооружений общего пользования (магазины, объекты общественного питания и т.д.). В свое время (в 2017-м году) Прокуратура города Махачкалы рассмотрела документы по объекту Шубуевых и однозначно определила, что Торгово-офисное здание строится на законных основаниях и оснований для прокурорского реагирования не усмотрено.

В итоге судебная коллегия Верховного суда под председательством Анжелы Биремовой в своём решении отметила, что решение суда от 2015 года, которым было получено разрешение на строительство, к делу не относится, и выносит свое решение о сносе. Суд в своём решении также пишет, что не согласен с заключением независимой судебной экспертизы. В результате возникает вопрос, для чего вообще суд его назначил, если и он без экспертов обходится при принятии решений? В своём основании Суд сослался на всё тот же Генплан, не приняв доводы защиты о правильном его понимании.

Сам Шубуев не планирует сдаваться, юристы и бизнес-омбудсмены заверили, что у него есть все шансы и основания опротестовать решение суда.

К сожалению, старания руководства по наведению порядка в республике и конкретно в городе снова превращаются в фарс. И пока в одних частях города и даже вокруг озера ситуация вопит о нарушении застроек, бурная деятельность надзорных органов в судах разворачивается там, где их просят ни жильцы домов, ни посетители парков.

Малик Бутаев (РИА Дербент, 04.05.2019)