Быть свободным или служит дракону

Не  могу не высказаться по поводу  уровня диалога, который ныне  складывается  между оппозицией и властью. Прежде всего огорчает то, в какой истеричной форме ведется этот диалог, как с одной, так и с другой стороны.

Состоялись мирные митинги, какая ни есть, оппозиция громко высказалась, объявила чиновников сначала мошенниками, лишающими ее голосов, затем  бюджетными ворами  и извергами, то душащими граждан  драконовскими законами, то унижающими их дубинками.

Власть в гораздо более истеричной форме отреагировала на эти словесные  выпады – массовые избиения, аресты, тюремные сроки.

Затем состоялись выборы, и оппозиция за счет протестного голосования получила по стране больше голосов, чем обычно.

И теперь для граждан очень познавательно следить за  взаимными  выпадами в прессе сторонников власти и оппозиции.

Те, кто противостоит   нынешнему режиму, как видим по публикациям в прессе, справедливо делают акценты на том, что власть совсем завралась, страдает патологическим недержанием слова и  снова довела страну до всемирной изоляции, деформированной ресурсной зависимостью экономике  и обнищанию подавляющего большинства рядовых граждан.

Надо отметить, что многие  представители  левого крыла оппозиции в основном заняты компаниями разоблачения, наиболее наглядным и показательным доведением до граждан ярчайших примеров   установившейся   и потому общеизвестной системы повального повсеместного и почти поголовного воровства в среде чиновников. Дело это, конечно, нужное и благое, но в сложившихся условиях дронные  показательные облеты шикарных имений чиновников может  для населения иметь обратный эффект беспросветности ситуации при такой вседозволенности  и неприкасаемости хозяев этих роскошных объектов. Может, есть смысл  не придавать этому занятию столь определяющее значение  и направить энергию на более конструктивные действия, могущие повлиять  не столько  на достижение чистоты действующего   режима властвования, сколько на качественное изменение всего общественного устройства.

Пока ими делается ставка на компанию  «смотри  какой масштабный и влиятельный вор» и лозунг «голосуй умно», то есть,  за кого угодно, только не за представителя власти.

Если говорить об   оппозиционно настроенных умах,  исповедующих либеральные ценности, то они, их наиболее  активные представители содержание своей деятельности  сводят к участию в выборах,  в процессе  которого   у них есть   возможность  публично от первого лица  доводить до граждан правильные и полезные мысли о том, как следует обустроит общество для улучшения жизни граждан. И еще то и дело проявляется  активная правозащитная деятельность либералов, эффективность которой во многом надо связывать с   работой и влиянием на умы наших сограждан  нескольких идеологически близких им СМИ.

Что же  можно отметить ныне после выборов в  высказываниях наиболее элитных  представителей либералов? Помимо  указания на нетерпимую драконовую дремучесть природы действующего   режима власти и   выражения опасений о возможных в связи с этим в обществе   протестных  катаклизмов, либералы  то и дело  демонстративно выкладывают оптимальный, по их убежденности, расклад институтов власти, при котором есть возможность минимизировать издержки нынешней власти. То есть, необходимо основательно  подредактировать то, что декларирует Путин, и будет меньше и вранья, и ворья.

Сама верховная власть  оппозицию оценочно просто игнорирует, но около нее всегда  имеются  люди, которые реагируют на высказывания либералов. И аргументы у них стандартные: ссылки на ошеломительные итоги доверия со стороны граждан Путину во время проведения выборов, на неудачные либеральные реформы, которые непременно приписываются нынешним  оппозиционерам, и обязательно приводится аргумент внешнего влияния на либеральную «пятую  колонну».

Анализ общения власти и оппозиции показывает, что проблемы гражданского общества упираются в то, как формируется ее руководствующая элита, которая принимает решения, как  ей жить. Очевидно, что путем голосования не только невозможно выявить эффективность будущей элиты, но и проблематично  вообще  осуществить выбор  при  заложенной в  сам процесс возможности давления со стороны действующей властной  элиты.

И еще есть смысл отметить то, что в самом демократическом устройстве власти заложены такие институциальные элементы, при близком рассмотрении которых становится очевидным, что  в этой  властной системе соответствует природе человека, а что является наносным, устроенным с целью лишь более эффективного управления массами людей. Мы все знаем, что формально существует разделение страны на гражданское общество и государство, даже разделение власти в этом плане как-то предусмотрели: местная муниципальная власть и государственная власть.  Больше из-за властных переплетений между этими властными институтами  и накапливаются люди, не могущие четко осознавать отличие  общества от  государства. Так вот руководящая элита на муниципальном уровне  – это и есть то, что ближе природе человека. Но беда, что и этот институт деформировался под влиянием выборных и других механизмов его формирования. При еще большем приближении того, что заложено для развития гражданского общества в конституцию страны, мы увидим, что ставка там делается на развитие горизонтальных связей и предусмотрено образование различных территориальных    и  иных форм общественного самоуправления. Почему это так и для чего это нужно?

На первый взгляд приемлемо объяснение о  все большем расширении за счет них  самостоятельности граждан. А зная же принудительную природу власти, а также с учетом, где аккумулируется бюджет территории, больше приемлемо другое объяснение – эти формы самоуправления на общественных  началах предусмотрены для подстраховки органов  властного самоуправления, рассматривая их, как дополнительную возможность решать общественные проблемы за счет граждан.

Но сам факт их наличия и того, какое развитие они получили в некоторых регионах страны,  позволяет нам задуматься над тем, каким именно образом  необходимо формировать местное самоуправление, какой способ более  надежный  и эффективный: выбирать представителей, которые потом сами будут решать, как вам жить следующие несколько лет, или каждый раз самим принимать решения по актуальным для вас проблемам. Кстати, эти способы формирования самоуправления заложены в нашу конституцию и подробно прописаны в 131 муниципальном законе.  То есть, у граждан есть площадка, с помощью эффективного использования которой  можно,  не прибегая к   митингами и иным протестным акциям, показывать баластность органов властного самоуправления или сводить их роль к выполнению координаторских функций.

А в целом,  на тот период, пока  мы вынуждены право самим принимать решения передавать путем голосования  драконствующим  персонам, согласитесь, необходимо использовать все имеющиеся возможности создавать на местах общественные формирования и учиться быть именно на таком уровне самостоятельными, учиться  в ином добровольном  формате организовываться и в такой атмосфере принимать решения.

А как же быть с драконами, голосуй-не голосуй – они будут  сезонно вырастать, как грибы?  Как   бы то ни было, идти на бой с ними смысла никакого – или дракон смениться, или сам одраконишься.  Единственный приемлемый для нормального человека выход – учиться быть свободным и самостоятельным человеком, объединяться с людьми только на добровольной основе и стараться находится по возможности  в таком коллективе, которое не построено на принципах административного подчинения. Чем больше будет таких людей, тем ближе станем к нормальному обществу. Иной путь, согласитесь, имеет драконовскую  обреченность.  Выход только один – быть свободным или служить дракону.

Шарапудин Магомедов